Город, который помнит цепи: кто такой Александровск-Сахалинский

Вы слышите? За шумом прибоя и галдеж чаек — другой звук. Металлический скрежет, будто кто-то волочит цепь по гальке. Это не галлюцинация. Это память города. Александровск-Сахалинский помнит каждую пару кандалов, каждую слезу надзирателя, каждый вздох каторжника, который в 1890 году смотрел на эти же скалы "Три Брата" и думал: "Не доживу до дома".

Но город не умер вместе с каторгой. Он выжил. И сегодня, когда вы идёте по улице Чехова к площади 15 мая, под вашими ногами — не просто асфальт. Под асфальтом — слои времени. Слой 1852 года, когда лейтенант Николай Бошняк, открывший уголь на мысе Дуэ, назвал этот залив в честь будущего императора Александра II. Слой 1881-го, когда из военного поста Дуэ сюда перевели всё управление каторгой — и пост Александровский стал сердцем страдания. Слой 3 июня 1917 года, когда Временное правительство подписало постановление: "Пост Александровский переименовать в город Александровск". Город обрёл имя и свободу. Но память осталась.

Почему именно здесь? География как приговор

Представьте карту Сахалина 1852 года. Остров — полоса земли между Охотским морем и Татарским проливом. На западном берегу, у устья реки Большая Александровка, — нивхское селение Руи-во. Нивхи (гиляки) жили здесь веками: ловили рыбу, охотились на тюленей, знали каждую тропу в тайге.

Именно здесь, у этих скал, в 1862 году возникло первое русское селение — Александровка, или как местные называли, Слободка. Через семь лет, в 1869-м, открыли Александровскую сельскохозяйственную ферму. Названия шли от залива, который в 1852 году лейтенант Николай Константинович Бошняк назвал в честь наследника престола — будущего Александра II. Бошняк тогда искал уголь на мысе Дуэ и, найдя первое месторождение каменного угля на Сахалине, решил увековечить имя цесаревича на карте.

Вид новых угольных складов и части морской пристани общества 'Сахалин', 1890 год. Фото: oldsakhalin.ru

Но настоящий поворотный момент наступил в 1881 году. Тогда из военного поста Дуэ сюда перевели все службы управления каторгой и островом. Пост Александровский стал административным центром ада. Выбор был стратегическим:

• глубокая бухта для судов у Татарского пролива;
• река Тымь — вторая по длине на острове — давала пресную воду и путь вглубь Сахалина;
• близость к материковой России — переправа через пролив короче, чем на юге;
• отсутствие японских поселений.

Главное — изоляция. Остров как естественная тюрьма. В апреле 1869 года Александр II утвердил указ о каторге на Сахалине, предусматривавший высылку до 800 ссыльнокаторжных (первые партии прибыли раньше, с 1859-го). К 1890 году сахалинская каторга стала одной из крупнейших в Российской империи.

Город в эпоху перемен: от каторги до порта

1890 год

Антон Павлович Чехов прибыл в пост Александровский 18 июля 1890 года. В дневнике записал: "Город деревянный, без единого каменного здания. Дома, церковь, тротуары — всё из лиственницы. Воздух пропитан запахом рыбы, дёгтя и чего-то гнилого".

Этот "гнилой" запах — каторга. Александровская тюрьма вмещала сотни и тысячи заключённых. Заключённые спали на нарах в три яруса, в камерах стояла духота даже зимой. Питание — скудный паёк с преобладанием хлеба и капустных щей.

Местные жители на главной улице поста Дуэ. Сахалинская каторга: Вторая половина XIX – начало XX века. Фото: ЦГАКФФД СПб. П 643 сн. 22. Фото - И. И. Павловский

Но быт каторжан — лишь одна сторона. Город жил двойной жизнью. Рядом с тюрьмой — дома надзирателей, чиновников, купцов. Вечерами в доме военного губернатора играли на рояле. Жёны чиновников устраивали чаепития с вареньем из кедрового стланика. А за стеной — стоны в карцере.

Чехов три месяца ходил по баракам с блокнотом. Спрашивал каждого: имя, статья, срок, откуда родом. Его книга "Остров Сахалин" (16+) способствовала привлечению внимания и стала одним из факторов реформ, в том числе улучшения быта и открытия школ для детей заключённых. Но настоящий конец каторге пришёл только после первой русской революции 1905 года. В апреле 1906 года сахалинская каторга официально прекратила существование. Город, созданный для страдания, впервые вздохнул свободно.

3 июня 1917 года. Город обретает имя

Постановление Временного правительства от 3 июня 1917 года короткое и судьбоносное: "Пост Александровский переименовать в город Александровск". Три слова — и статус изменился навсегда. Из военного поста, из места ссылки — в настоящий город. Люди, которые десятилетиями жили под гнётом надзирателей, впервые почувствовали себя гражданами, а не номерами в тюремных книгах.

Но свобода оказалась хрупкой.

1920–1925. Оккупации

Самыми трагичными в истории города стали годы японской оккупации — 1920–1925. Японские войска заняли Северный Сахалин после Гражданской войны. Александровск оказался под чужим флагом. Японцы строили школы и больницы, но относились к русским как к побеждённым. Местные жители вспоминали: "Ходили по улице — японский солдат мог просто так дать пощёчину. За взгляд".

Спасение пришло 15 мая 1925 года. Настойчивые требования Советского правительства и разгром интервентов на Дальнем Востоке привели к освобождению Северного Сахалина. В этот день в Александровске и на всём Северном Сахалине повсеместно была установлена советская власть. Дата вошла в историю города навсегда — площадь в центре носит имя "15 мая". Там же, в 1954 году, установили памятник Ленину и обелиск воинам, погибшим за освобождение Южного Сахалина.

Мыс Жонкиер. Александровск на Сахалине. Фото: oldsakhalin.ru

В 1925 году Александровск стал административным центром образованного Сахалинского округа. А в 1932 году — центром Сахалинской области. Город, рождённый каторгой, стал столицей.

1947 год. Потеря статуса

2 сентября 1945 года советские десантники высадились в Корсакове. Война закончилась. Весь Сахалин — советский. Но победа для Александровска обернулась поражением.

18 апреля 1947 года вышел указ: административный центр Сахалинской области переносится из Александровска-Сахалинского в Южно-Сахалинск (бывшую японскую Тоёхару). Причины — прагматичные: Южно-Сахалинск крупнее, развита инфраструктура японского периода, ближе к Владивостоку.

Город опустел. Чиновники уехали. Школы, больницы, театры — всё перевезли на юг. Александровск потерял статус столицы, но память осталась — в старых зданиях, в семейных преданиях.

Легенды, которые город шепчет на ухо

Уголь лейтенанта Бошняка

В 1852 году лейтенант Николай Бошняк ступил на мыс Дуэ и нашёл чёрные камни, которые горели ярче дров. Это был каменный уголь — первое месторождение на Сахалине. Бошняк назвал залив в честь цесаревича Александра, не зная, что именно этот залив станет местом величайшего страдания в истории России.

Сегодня на мысе Дуэ — заброшенные шахты. Но местные рыбаки рассказывают: если ночью подойти к устью реки, можно увидеть огоньки — будто кто-то жжёт костёр из того самого угля. Научное объяснение — газы из недр. Но старожилы шепчут: "Это души каторжан греются. Они до сих пор помнят холод 1880-х".

Боковой вид рудничных двориков (близ поста Дуэ). Фото: ЦГАКФФД СПб. П 643 сн. 29. Фото - П. Ноитакипредоставлено проектом "Старый Сахалин", oldsakhalin.ru

Площадь 15 мая

15 мая 1925 года — день возвращения города. В этот день советская власть вернулась в Александровск после пяти лет японской оккупации. Площадь в центре назвали в честь этой даты.

Но местные знают другую историю. Говорят, что в ночь на 15 мая 1925 года на площади собрались сотни людей — те, кто выжил под оккупацией. Плакали, обнимались, пели "Интернационал" (0+). А утром, когда пришли советские комиссары, площадь была усыпана цветами — жители нарвали их в тайге ночью, чтобы встретить освободителей.

Сегодня на площади 15 мая играют дети, гуляют пары, сидят пенсионеры на лавочках. Но если спросить старожила: "Почему площадь так называется?" — он замолчит на секунду, посмотрит на обелиск и скажет тихо: "Это день, когда город вернулся к себе".

Тоннель к маяку

Каторжники прорубали в скале мыса Жонкиер тоннель к маяку. Работали голыми руками, зубилами, кирками. Смертность была высокой. Те, кто выжил, рассказывали: по ночам в тоннеле слышали плач. Не людей — духа скалы. Нивхи предупреждали: "Не трогайте камень братьев — разгневаете духов".

Сегодня тоннель открыт для туристов. Местные гиды шепчут: если прислушаться в полной тишине — слышен стук кирки и стоны. Научное объяснение — эхо от прибоя. Но жители верят: это память каторжан, не давшая им уйти.

Вид на новый рудник и пристань общества 'Сахалин', 1891 год. Фото: oldsakhalin.ru

Колокол маяка

В 1931 году во время густого тумана колокол маяка Жонкиер лопнул от постоянного звона — маячный смотритель бил в него часами, предупреждая корабли об опасности. Колокол упал в море. Но нивхи рассказывают другую версию: дух скал разбил колокол, чтобы наказать людей за гордыню. "Вы думаете, ваш металл громче нашего моря?" — так переводят старейшины.

В 2010 году водолазы нашли обломки колокола у подножия мыса. Сейчас фрагменты хранятся в краеведческом музее. Экспонат подписан: "Колокол маяка Жонкиер, 1897–1931". Но местные знают: это не металл. Это голос города.

ДНК города: что делает Александровск — Александровском

Архитектура: дерево как память

Александровск — город из дерева. Не потому что бедный. Потому что лиственница здесь живёт 300 лет, а камень — привозной, дорогой. Здание казначейства 1880 года — одно из старейших сохранившихся зданий на Сахалине. Срублено из лиственницы без единого гвоздя — "в лапу". Стоит. Не сгнило. Не сгорело, хотя пожары в городе были часты — деревянные города горят как спички.

Вид на пост Дуэ со стороны моря. Главная улица. В центре виднеется церковь. Фото: ЦГАКФФД СПб. П 643 сн. 22. Фото - И. И. Павловский

Современный городской округ включает не только сам Александровск-Сахалинский, но и села Арково, Арково‑Берег, Виахту, Владимировка, Дуэ, Корсаковка, Мангидай, Мгачи, Михайловка, Танги, Трамбаус, Хоэ, Чеховское. Это не просто административная единица — это живая связь между городом и тайгой. 

Промышленность: от каторжного труда к лесу и углю

Каторга ушла, но труд остался. Сегодня Александровск — портовый город. Через его причалы идёт уголь с шахт района, лес с северных лесосек. Планируется, что порт модернизируют и мощность перевалки угля вырастет до 10 млн тонн в год. Для сравнения: в 1890 году каторжники грузили на суда 50 тысяч тонн угля за сезон. Разница в 200 раз — но суть та же: город живёт тем, что вывозит из недр и тайги.

В 1983 и 1985 годах за успешное выполнение планов социально-экономического развития Александровский район наградили Почётной грамотой Президиума Верховного Совета РСФСР. В 1987-м — Красным знаменем Министерства просвещения. Это не просто награды. Это признание: город, рождённый каторгой, сумел стать опорой края.

Тематическое фото. Вид на угольную шахту. Фото: oldsakhalin.ru

Леспромхоз — градообразующее предприятие. Работники третьего поколения: дед рубил лес для бараков каторжан, отец — для послевоенного восстановления, сын — на экспорт в Китай. Это преемственность. Не героическая, но живая.

Зачем помнить?

Зачем жителю Александровска-Сахалинского знать, что 3 июня 1917 года Временное правительство подписало постановление о переименовании поста в город? Зачем туристу рассказывать, что площадь 15 мая названа в честь дня возвращения города из-под японской оккупации?

Потому что город — это не мэрия и не инфраструктура. Город — это слой памяти под ногами. Это запах лиственницы, который пахнет так же, как 170 лет назад. Это звук прибоя у залива, названного в честь Александра II лейтенантом Бошняком в 1852 году. Это имя реки — Большая Александровка — которое несёт в себе память о первой ферме 1869 года.

Село Дуэ, остров Сахалин. Фото: oldsakhalin.ru

Когда вы стоите на площади 15 мая и смотрите на памятник Ленину, установленный в 1954 году, вы стоите на том же месте, где в 1925 году плакали и пели "Интернационал" люди, пережившие оккупацию. Вы — часть цепи. Не цепи каторжной. Цепи памяти.

Александровск-Сахалинский никогда не станет мегаполисом. Он останется тихим портовым городком у подножия лиственниц, с сёлами в округе, с угольным терминалом и лесозаготовками. Но в его тишине — эхо историй тысяч людей: нивхов из Руи-во, каторжан, японских солдат, советских строителей, лесорубов из Мгачи сегодня.