Контр-адмирал в отставке Анатолий Штыров считает, что самолет с атомными бомбами, лежащий на дне моря у Сахалина, не выдумка, а факт. Бывший разведчик, служивший на Тихоокеанском флоте, рассказал о крушении советского бомбардировщика со страшным грузом на борту, сообщает ИА SakhalinMedia со ссылкой на "КП".
Договариваясь с контр-адмиралом в отставке Анатолием Штыровым об интервью, корреспондент КП рассчитывала услышать из первых уст историю 40-летней давности, уже послужившую поводом для публикаций ("Атомные бомбы дне Охотского моря угрожают России вторым Чернобылем?"), пишет "Комсомольская правда".
В разгар Холодной войны контр-адмирал Анатолий Штыров, ныне 86-летний пенсионер, служил на Тихоокеанском флоте – был заместителем начальника разведки. Уйдя в запас в середине 90-х, он обнародовал факты, о которых молчал 20 лет. В середине 70-х над морем близ юго-восточного побережья Сахалина потерпел крушение советский бомбардировщик с двумя атомными бомбами на борту. ЧП было засекречено. Советский Союз отказывается от поиска. Найти самолет удалось нашему американцам – экипажу подводной лодки особого назначения "Грейбек". По одним источникам, они подняли со дна залива Терпения бомбы, по другим – забрали только секретное оборудование (систему радиолокационного распознавания "свой-чужой") и важные документы.
С тех пор прошло без малого 40 лет, но официально эти факты никем не признаны.
- О ЧП с самолетом я узнал почти случайно. Пришло сообщение на телетайп: на американскую военно-морскую базу в Йокосука (Япония) прибыл главком ТОФ США, адмирал Томас Мурер для участия в церемонии награждения экипажа подлодки "Грейбек" - 67 человек – орденами и медалями. Информация заинтересовала меня. Я знал, что "Грейбек" была сконструирована как лодка-носитель крылатых ракет, но на рубеже 70-х ее переоборудовали под выполнение разведывательно-диверсионных задач. Из анализа радиоперехвата следовало, что ранее, до событий в Йокосуке, система японской ПВО зарегистрировала факт - пропала некая воздушная цель. Место - к востоку от южного побережья Сахалина. Связался по своим каналам с нашими ПВО и со штабом дальней авиации. И мне подтвердили: у Сахалина действительно упал наш самолет. Нес боевое дежурство, имел на борту две "красные" - ядерные – боеголовки, - рассказал Штыров.
- Почему американская подлодка занялась поисками нашего самолета? - спрашивает журналист собеседника.
- Думаю, японцы проинформировали американцев о крушении советского стратегического бомбардировщика, сообщив все, что необходимо для поиска: время и точку пропадания, азимут, расстояние от берега."Грейбек" вполне подходила для этой задачи. Тайный переход от базы в Йокосуке через Курильские проливы к месту падения занял у них двое-трое суток. Они нашли самолет. Обследовали его боевые пловцы. Поднимали наше секретное оборудование, а возможно и бомбы с помощью специальных лап-захватов и магнитных присосов.
"Откуда у этой истории ноги растут?" – спрашивает сам себя бывший разведчик.
– Стратегическое соперничество в воздухе. Как только их "Боинги" – бомбардировщики Б-52 – начали летать вдоль европейского побережья, наши ТУ-95 стали активно контролировать огромную территорию от Аляски до Сахалина. Американцы тоже возили атомные бомбы – одну в 1966-м "уронили" в Средиземное море, недалеко от испанского побережья. А потом нашли ее и подняли, целую-невредимую.
Замначальника разведки Тихоокеанского флота Штыров подготовил тогда доклад командованию о спецоперации "Грейбека". Но его рвения не оценили – ценные сведения "похоронили" в корзине. Так же, как двумя годами раньше "не заметили" его же, Штырова, информации о том, что американцы готовят беспрецедентную операцию по подъему утонувшей в Тихом океане советской подлодки К-129 с ядерным оружием на борту. Как известно, они ее успешно провели. А советское и военное руководство узнало об этом …из победных репортажей американских газет.
Воспоминания Штырова официально никем не признаны.
- Совсекретный опасный груз, как утверждают ваши некоторые оппоненты, если и возили, то только железной дорогой. А советский ТУ-95 с "изделиями" внутри железного брюха – это фантазии…
Слушать это Штыров не может – "закипает" с пол-оборота. Сегодня, когда сняты грифы с прошлых военных секретов, любой, кто умеет читать, легко найдет рассказы бывших военных летчиков о том, что, к примеру, с некогда совершенно закрытого военного аэродрома Чаган, что в 70 км от Семипалатинска, в годы Холодной войны, особенно во время войны во Вьетнаме, отправлялись на вылеты "с целью фотографирования авианосцев США в Тихом океане" самолеты дальней авиации с ядерными бомбами на борту. Такие вылеты считались боевыми. Задачу каждому экипажу ставил – непосредственно – Генштаб МО СССР. Выполнялись такие задачи без оповещения кого бы то ни было, в том числе и командования Тихоокеанского флота. Видимо, именно поэтому оно и "не заметило" доклада Штырова.
"Разгадка спрятана в архивах дальней авиации"
Что нужно сделать, чтоб ответить, наконец, на вопрос: была ли авиакатастрофа и, если была, то – где бомбы? На дне моря? Или, как утверждают некоторые источники, американская субмарина, успешно проведя операцию, доставила их в США?
Я спросила об этом автора книги "Тайны подводного шпионажа", доктора военных наук, профессора, бывшего начальника кафедры разведки Военно-Морской академии ВМФ России Евгения Байкова.
- Документальное подтверждение происшествия, - ответил мой собеседник, - можно получить, открыв материалы архивов дальней авиации. Но на то должна быть команда, что называется, с самого "верха". ЧП, подобные крушению самолета в заливе Терпения, официально "всплывают" лишь десятилетия спустя. И то не всегда. Кому, особенно сейчас, хочется признавать, что тот "бой" времен Холодной войны мы проиграли американцам? Да у нас в ту пору не было и самой технической возможности поднять со дна атомные "изделия".
В дальневосточных морях были и другие ядерные "утопленники "
Пока дальневосточники гадают, лежат или нет у них под боком, на дне залива Терпения, две ядерные "утопленницы", та же неопределенность - и с другими опасностями. Кроме стратегического бомбардировщика с бомбами на борту, народ очень волнует вопрос, сколько сегодня на дне морском списанных флотом РИТЭГов (увесистых ядерных батареек, служивших в недавнем прошлом источниками питания навигационных приборов и маяков) – единицы, десятки?..
Флот согласен лишь с тем, что два РИТЭГа еще в 1987 и 1997 годах случайно упали в море с вертолетов. Один нашли, он находится на временном хранении в Совгавани (к слову заметим, "временное" тянется с 2007 года). А второй, который упал более четверти века назад, еще не нашли, но будут упорно искать.
Что касается поиска 39 утопленных РИТЭГов (см. Расследование "КП"), то это – "бесполезная трата времени и бюджетных средств, поиск несуществующих объектов абсурден по смыслу." Во всяком случае, так считает начальник штаба ТОФ, контр-адмирал Владимир Касатонов. Он же в одном из последних официальных писем на Сахалин приводит такие сведения: из 148 РИТЭГов, поступивших на флот со дня его основания, 94 находятся на временном хранении в Приморье, 52 переданы для дальнейшей утилизации на одно из предприятий "Росатома". "Иных РИТЭгов на учете и в эксплуатации у Тихоокеанского флота нет", - резюмирует начштаба.
И еще – в тему.
По данным профессора Военно-Морской академии ВМФ Сергея Голобокова (недавно он выступал с докладом на экологическом форуме во Владивостоке), специалисты "потеряли контроль" над 85 (!) РИТЭГами с побережья Тихого океана. Где сегодня эти радиационно-опасные "батарейки", никому неизвестно.
Может, их списали. А может, как считают сахалинские активисты, варварски утопили. И нет РИТЭГов, как "не было" той же авиакатастрофы ТУ-95 с двумя атомными бомбами на борту в сахалинском заливе Терпения.
Впрочем, тема не закрыта. В октябре проблему радиационной безопасности дальневосточных морей рассматривали в Госдуме. Теперь на очереди – обсуждение темы в Совете Федерации, пишет "КП".
