Совсем скоро сахалинцы увидят спектакль по знаменитой пьесе швейцарского прозаика и драматурга Фридриха Дюрренмата "Визит старой дамы" от известного режиссера театра и кино Алексея Гирбы. Гость из Москвы, приглашенный Чехов-центром, вместе с островными артистами и постановочной командой театра сейчас усиленно готовится к премьере. На Сахалине он уже ставил в начале года знаменитую комедию Марка Камолетти "Боинг-Боинг". Кроме того, Гирба работал над такими сериалами, как "Дар", "Черкизона", "Монтекристо", "Люди Шпака" и другими фильмами. Корр. ИА SakhalinMedia представилась возможность побеседовать с режиссером. Он поделился мнением о "звездах" кино и телевидения, "звездной болезни", рассказал о творческой стороне своей работы, о сложностях, без которых эта работа не обходится, и о работе своей в Чехов-центре над спектаклем "Визит старой дамы".
- Алексей, насколько мы знаем, вы на Сахалине не в первый раз, вы приезжали и уже ставили на сцене Чехов-центра комедию "Боинг-Боинг". Остались ли вы довольны результатом своей работы на Сахалине?
- Работа - везде работа. И Сахалин в этом плане ничем не отличается от других городов. В Чехов-центре по-своему уникальная труппа. В ней не так много актеров, поэтому все на виду. И очень хочется каждого из них представить и показать немного с другой стороны. И то, что у сахалинского театра есть желание на такие "многонаселенные" пьесы, сложные декорации, говорит в пользу театра. Чем больше возможностей, тем интереснее. Поэтому сахалинский театр лично мне очень интересен не только своими возможностями, но и неповторимостью.
- Сейчас идет работа над спектаклем "Визит старой дамы"? О чем он и в чем ее особенность?
- Если коротко о содержании - главная героиня спустя 45 лет возвращается в свой родной город, который с ней жестоко обошелся когда-то. Она ничего не забыла и приезжает, приобретя, как говорится в пьесе, по дороге несколько миллиардов, и мстит обидчикам. Заявлен спектакль как трагикомедия. Но я бы еще добавил, что это музыкальная трагикомедия. Действие происходит в 50-60 годах прошлого века, когда пьеса была написана. Затронуты вечные темы: вопрос любви, женской мести, соблазна и денег, который с одной стороны дает возможности, а с другой - требует принять тяжелое решение…
- Главную роль исполняет народная артистка РСФСР Клара Кисенкова. Как вам работается с ней, с другими островными актерами?
- Я уже говорил, что сахалинский театр уникален. Небольшой состав труппы создает такую атмосферу, когда каждый артист - профессионал своего дела. Клара Константиновна задает тон всему происходящему – в данном случае своим участием, своей энергией она это делает на репетициях. Я надеюсь, что спектакль получится хорошим подарком к ее юбилею.
- Готовы к любой реакции на спектакль?
- Не готов. Готов только к хорошей (улыбается). Для этого, поверьте, мы делаем все возможное, а там посмотрим. Как учил Лев Толстой, делай, что должен, а дальше - будь, что будет.
- Насколько вы в своей работе допускаете режиссерские интерпретации? Всегда ли придерживаетесь текста или все-таки экспериментируете?
- Я бы не сказал, что я режиссер-экспериментатор. Скорее традиционалист. Но все равно тексты, например, конца прошлого века требуют нынешнего осмысления, современной обработки. Сейчас время ускорилось, информации много, поэтому естественно существуют сокращения, определенные решения. Не знаю, интерпретация это или нет. Тексты переделываем под современный язык, но соблюдая традиции, уважение к автору.
- А что вы скажите о сахалинском зрителе? Он отличаются от московских театралов?
- Да, отличается. В данном случае в силу того, что город небольшой, драматический театр один на всю область, поэтому зритель благодарный. Это с одной стороны. Но с другой - он требовательный, у него есть сложившиеся десятилетиями определенное восприятие постановок. Моя задача состоит в том, чтобы никто не ушел разочарованным.
Знаете, зритель может быть разный по своему стремлению, по своему желанию. Единственное в чем он одинаков – это его ожидания. Работа, которую он видит, должна быть качественной. В театре должны быть и комедии, и трагедии, и детские спектакли, и постановки для малой сцены. Чем разнообразнее репертуар, тем больше возможностей привлечь разного рода публику. Когда в репертуаре есть достаточный выбор для того, чтобы удовлетворить желание публики, и любой спектакль сделан с хорошим вкусом, рассказан "хорошим" языком, это дает возможность увеличить количество зрителей. Театр для этого и существует.
- То есть если работа проделана качественно, успех обеспечен?
- Не то чтобы обеспечен. Театр – очень живая история. Один и тот же спектакль может быть сыгран по-разному: хуже или лучше. Кто-то может заболеть, у одного могут быть какие-то личные проблемы. Театр этим и интересен. Если сравнить его с кино, то он существует здесь и сейчас. Часто спектакль зависит и от самой публики. Если публика "тяжелая", как говорят в театре, то спектакль идет сложнее. Если публика хорошая, то актеры и вся постановочная группа получают от этого общения удовольствие. Поэтому это взаимный процесс, сотворчество.
Задача режиссера при постановке спектакля найти общий язык с актерами, найти свою атмосферу, свой способ работы. Между всей постановочной командой – музыкантами, цехами, артистами создать некий свой мир, который бы соответствовал именно этому спектаклю. Бывает всякое: от конфликтов до любви, от взаимного восхищения до взаимной ненависти…
- Наверняка у вас свой метод работы с актерами. Поделитесь секретом – какого принципа придерживаетесь - "кнута" или "пряника"?
- Даже не знаю. Ну есть, наверное, какой-то метод раз работаю. Но это лучше спросить у кого-нибудь другого. Я себя со стороны не вижу.
- Одобряете ли вы со стороны актеров интерпретации? Когда они добавляют что-то свое?
- Если это правильно, если это помогает спектаклю, не нарушает общий настрой, тогда да. Я готов идти на это. Все равно спектакль – это некая колдовская колба, где люди должны договариваться между собой. Они вынуждены это делать, чтобы работать вместе.
- А что вы можете сказать по поводу того, что сейчас театр максимально стараются приблизить к шоу-бизнесу?
- На самом деле это началось не сейчас. Это существовало всегда. Даже со времен Древней Греции выбирались определенные темы, которые волновали жителей на тот момент. Но переводились на другую тематику - тогда брали мифы, легенды. Тем не менее язык и тематика были соответствующие духу того времени. И даже в Греции в театре использовалась музыка, пластика. По тем временам это тоже могло считаться шоу-бизнесом.
- Вы являетесь не только режиссером театра, но и кино. В частности, мы знаем, что у вас богатый опыт работы в телесериалах. Расскажите об этом.
- Ну что? Тоже работа. Тоже надо делать ее честно в тех форматах и задачах, который диктует опять же зритель, канал, продюсеры. Те же самые задачи. Бывают споры, обострения отношений, разногласия с продюсерами. Бывает согласие. Все, как на всякой работе.
- А какая работа в конечном счете приносит больше удовольствия, какое-то внутреннее удовлетворение? Театр или кино?
- Точно не знаю, кто это сказал, но отдых – это смена видов деятельности. На телевидении я отдыхаю от театра, а в театре - от кино, от телевидения. Наверное, в каком-то смысле мне повезло. И там, и тут одинаково сложно, но эта сложность – разная. И она мне нравится.
- От успеха работы в сериалах не появилась ли "звездная болезнь"?
- Да нет, "звездной болезни" у меня никогда не было. Потому, что прекрасно даешь себе отчет, что и сериал, и спектакль - это единичный продукт в том смысле, что каждый раз он уникален. Невозможно повторить успех даже того же спектакля, если его ставить в другом городе. Реакция будет совершенно иной. Другие актеры, другая публика, другие возможности театра. Поэтому почивать на лаврах особенно не приходится. Потому что каждый раз, - будь это телевидение или театр, – это работа и достаточна тяжелая. Чем больше у тебя успех, тем больше ответственности в следующей работе. Потому что с тебя потом и больше спросят.
- При работе с сериалами актеров подбираете сами?
- Когда как получается. Но чаще всего – это прерогатива канала. Он диктует выбор репертуара, тему сериала, его название, авторов. Задачи тоже он определяет вместе с продюсерами. Есть какие-то актеры канала, его лица. Опять же свои сложности. Поэтому вот эти взаимоотношения - от выбора актеров до определения текста, его чистки, изменения – это тот же самый процесс. Скажем так, я не занимаюсь авторским кино, когда ты сам за все отвечаешь. У меня сейчас просто нет для этого времени. Поэтому, главное для меня – это те задачи, которые ставятся театром, каналом или продюсером.
- С какими актерами предпочитаете работать – со "звездами", новичками или не очень известными актерами?
- Сложный вопрос. И на телевидении, и в театре есть те, которые уже мастера и есть менее опытные, молодые актеры. На телевидении есть "линейники", которые из серии в серию существуют. Есть эпизодические персонажи. Приходится работать и с теми, и с другими. Единственное, что могу сказать, как некий мой небольшой, опыт подсказывает, у актеров-профессионалов, как ни странно, меньше "звездности". Они понимают значимость момента. Понимают, что это пройдет, что ему нужно сделать все хорошо, чтобы зритель его запомнил, узнал и старается не попасть в ситуацию повтора. Зачем ему играть то же самое, что он уже играл? Такие люди ищут новых предложений для себя, новых образов и стараются слышать, когда предлагается новое. И это нужно, чтобы не повторяться, не быть одинаковым, не заштамповаться. С молодыми актерами иногда бывает сложнее. Попав в первый раз на камеру, они думают, что теперь это навсегда. Но потом, как правило, жизнь может измениться. Там есть и момент "звездной болезни", и у актеров больше, чем у режиссеров. Я это к тому, что не ясно, с кем будет сложнее. Все зависит от человека, от его внутреннего желания. Если он просто пришел заработать деньги, тогда он просто мелькнет своей известной физиономией и все. Если человек, действительно, творческий, а именно таких я называю "звездами", то он каждый раз старается быть новым для зрителя. Это работа и очень серьезная.
- А кого-то среди актеров выделяете? Есть среди них "любимчик"?
- Опять же это надо спросить не у меня, а у тех, с кем я работаю. На мой взгляд, любимчиком может быть тот человек, который пытается тебя понять. Если ты совпадаешь с человеком, находишь общий язык… Но это не любимчик, а скорее коллега, товарищ, соучастник. Совсем не значит, что я его должен любить или выделять. Просто гораздо интереснее работать с людьми, которые идут на встречу, и поэтому ты им уделяешь внимание. Видишь, что он заинтересован, хочет работать. Подчас я ошибаюсь, а они предлагают что-то свое. Не просто в ситуации пассивного соглашательства, априорного отторжения. Назвать их любимчиками или нет – не знаю. Называть имена тех, кого я считаю настоящими актерами, я не буду. Зачем? Если буду называть, то могу кого-то упустить, обидеть тем самым. Таких людей масса. Именно тех, кто не боится работать. Вот кого я называю настоящими театральными актерами.
- А если вернуться к Сахалину, то планируете ли осмотреть живописные места, красоты острова?
- Все, что мог, я осмотрел. А мог я немного. Как обычно, я приезжаю в основном работать. Поэтому, если у меня есть выходные, то больше времени я пытаюсь подготовиться к следующей репетиции или отдохнуть от предыдущей. Так что, считаю, что приезжать посмотреть – это другая задача. Это задача туриста, исследователя, но не моя.
- Как часто ездите по городам, чтобы ставить спектакли?
- По-разному. За этот год, например, "Визит старой дамы" - это уже моя третья постановка. Здесь на Сахалине в феврале выпустил "Боинг-Боинг", затем в Ульяновске поставил спектакль "Калека с острова Инишмаан" и сейчас снова здесь. А в промежутках снимал несколько серий разных сериалов для телевидения. В общем три спектакля с начала года. И, может быть, до конца этого года еще успею поставить четвертый. Это считается достаточно много…
