Комментируя ответы президента России на вопросы участников "Прямой линии", член Совета Федерации ФС России Ростислав Гольдштейн подчеркнул, что ответы главы государства и его реакция на проблемы, волнующие граждан страны, как всегда, обозначили направление, характер и темп действий для всей страны, для всех, кто отвечает за положение дел в России, сообщает ИА SakhalinMedia со ссылкой на пресс-службу сенатора.
— Своего рода "точкой отсчета" для всех, кто занимается бюджетом и финансами, должна стать реакция Владимира Путина на вопросы о качестве дорог, — утверждает Гольдштейн, член комитета СФ по бюджету и финансовым рынкам. — Его слова о необходимости "раскрасить" дорожные расходы и перенаправить на понятные для всех цели — дорожное строительство — дополнительные средства от повышения акцизов на бензин чётко обозначили рамку для принятия и реализации "непопулярных" решений. Нашим управленцам ещё раз дали понять — и в предельно жесткой форме — что такие решения, которые государство вынуждено принимать в сложной экономической ситуации, быть направлены на преодоление наиболее острых проблем, а не на "затыкание дыр" и тем более не на рост благосостояния чиновников. Мы в Совете Федерации неоднократно обсуждали вопрос о контроле за целевым расходованием бюджетных средств, и наша позиция — о необходимости постоянного наращивания такого контроля — получила сегодня такую необходимую поддержку от первого лица России.
Президенту не раз и не два пришлось отвечать на вопросы о разных формах бездорожья. Он постоянно обозначал ту или иную "прямую линию", которая должна пройти на месте ухабов и кривых дорожек некоторых управленческих решений — будь то попытки лишить Тимирязевскую академию ее земель или бездумная "оптимизация" сельских школ и больниц", говорил Гольдштейн.
— Сославшись на известную шутку Ильфа и Петрова — о "бездорожье и разгильдяйстве" как основных целях для нанесения удара, — наш президент увязал одну извечную российскую проблему с другой, — сказал сенатор. — Не случайно сегодня, наблюдая в прямом эфире за ходом "Прямой линии", мы так часто сталкивались с похожими ситуациями: звучит вопрос или рассказ о проблеме, глава государства дает сочувственный ответ, иногда выражает возмущение, а спустя двадцать минут ведущий обрадованно сообщает, со ссылкой на информагентства, об уже состоявшемся возбуждении уголовного дела или принятии так долго не принимавшегося решения. И, наверное, я не ошибусь, если скажу, что одним из чувств, оставшихся на душе после "Прямой линии", стало чувство стыда — стыда перед президентом и перед народом страны за бестолковых, а то и прямо криминальных разгильдяев-начальников, создающих буквально на пустом месте опустошительные проблемы, — резюмировал член Совета Федерации.
